Тактический уход: как эвакуируют раненых в зоне спецоперации

По мере роста «килл-зоны» вокруг линии боевого соприкосновения постоянно меняется и работа групп эвакуации и военных медиков. В сегодняшних условиях дорога до первой врачебной помощи таит опасности на десятках километров. Часто на первых этапах эвакуации, который происходит на багги, для спасения важнее оказываются навыки работы с ружьем, чем с перевязкой. «Известия» увидели, как принимают и отправляют в тыл раненых в пункте медицинской стабилизации 61-й гвардейской бригады морской пехоты группировки войск «Центр» на добропольском направлении.

Как эвакуируют раненых на добропольском направлении

Под моросящим дождем мы приезжаем к небольшому замаскированному укрытию пункта стабилизации. Если бы не встретивший нас врач, найти его было бы невозможно даже с нескольких метров.

Пока внутри, за чашкой кофе, обсуждаем, что вряд ли удастся увидеть работу медиков — к счастью, сегодня не ожидается эвакуации раненых, — поступает сообщение: скоро доставят первого бойца. Морпех в маске и полном снаряжении заводит внутрь молодого крепкого военнослужащего, который держит неподвижно раненую правую руку. Несмотря на боль, на его лице заметна улыбка. Самый опасный участок пути уже позади: рядом медики, а погода позволила провести эвакуацию.

— По дороге с позиций был ранен вражеским дроном. Переждали опасность и сегодня смогли эвакуироваться, — рассказывает Михаил.

Он служит оператором БПЛА в инженерном подразделении и занимается разминированием с помощью дронов. В армии уже три года, служит с 19 лет.

По дороге они с напарником заметили вражеский беспилотник, успели спешиться и укрыться. Ранение Михаил получил после взрыва FPV-дрона в ветвях дерева неподалеку. Сохранив связь, военнослужащие доложили обстановку командирам и дождались назначенной эвакуации. За ними выехали в 4:30 утра — в тот самый «золотой час», когда сумерки еще скрывают движение техники.

К этому моменту Михаила уже отправляют на рентген.

— На квадроцикле добрались до точки, забрали его и доставили ко мне. Там оказали первую помощь, перебинтовали и привезли сюда. По дороге держался нормально, состояние позволяло. Но бывают случаи, когда бойца приходится везти только лежа, пристегнув в кузове, — продолжает историю Михаила санитарный инструктор эвакуационной группы с позывным Зима, который сопровождал раненого.

Эвакуацией раненых Зима занимается больше полугода — с момента прибытия на добропольское направление. До этого он служил навигатором на лодке на Днепре в одной из групп морских пехотинцев, работавших между речными островами на скоростных катерах. Там же получил ранение.

— Там вода, и спрятаться некуда, а здесь на степных дорогах больше укрытий. А так одно и то же, так же «птички» летают по две, по три, — рассказывает Зима. Он вспоминает, как доводилось сбивать атакующие дроны при сопровождении раненых. На вопрос, как он научился всему этому, Зима говорит: он приехал добровольцем в 2014 году, воевал и в ЛНР, и в ДНР.

Как работает эвакуационный пункт на добропольском направлении

Михаил после быстрой обработки и уточнения характера ранения одевается и уже через несколько минут отправляется в тыл. А мы подробнее узнаем о работе эвакуационного пункта у гвардии-лейтенанта медицинской службы Ильдара Гадимова. В 2019 году он закончил университет как врач общей практики и начал свою работу в скорой помощи, но интерес к военной медицине привел его на контрактную службу в 2021 году в 61-ю бригаду морской пехоты, которая уже в ходе спецоперации получила звание гвардейской. Свой боевой путь начал прикомандированным фельдшером в десантно-штурмовом батальоне, а позднее вернулся в медроту бригады.

— На Херсонском направлении в основном вывозили раненых с отдаленных островов, севернее по реке Днепр. Постепенно я осваивался, повышал навыки. Практика приводит к совершенству, — говорит Ильдар.

Наш собеседник рассказывает, что с 2024 года ранения из классических видов вооружения почти сошли на нет. Подавляющее большинство военнослужащих получает ранения от атак БПЛА, что меняет характер повреждений. И медикам пришлось приспосабливаться к изменившимся условиям.

— К дронам приделывают и фугасные, и осколочные снаряды. Некоторые взрываются над землей. Не говоря уже об FPV-дронах, которые взрываются вблизи солдата, и осколки попадают даже под средства защиты, под броники и шлемы, с неприкрытых сторон, соответственно, есть случаи, в которых невозможно избежать ранений, — рассказывает командир медицинского взвода.

Почти сразу после окончания наших расспросов привозят троих легкораненых морских пехотинцев. Картина схожая: у двоих ранения рук, у одного ступни. Нет смысла даже спрашивать, дроны ли это. Все и так понимают, что является главной угрозой в посадках и на дорогах.

Доставил бойцов Сергей Василенко с позывным Арамис — санитар-водитель машины «Улан».

На вопрос, тяжелой ли была дорога, он лишь усмехается:

— Дороги в принципе тяжелые.

Но сегодня, по его словам, удалось пройти маршрут без обстрелов.

— Повезло: пасмурно, дождь. Такая погода помогает. В машине всегда едут стрелки. Как иначе? Если движемся к передовой, обязательно двое — один контролирует обстановку впереди, второй сзади. Кроме того, помогают посты воздушного наблюдения, — рассказывает Сергей.

На этой должности он уже три с половиной года. Пришел добровольцем в начале спецоперации и с тех пор совершил сотни эвакуационных рейсов.

Пока троим раненым оказывают помощь, выходим с Сергеем посмотреть его модифицированный противодронными решетками «Улан-2». Один из стрелков набирает воду из колодца перед очередным выездом, а водитель рассказывает, как санитары контролируют состояние раненых прямо во время движения. Основное отличие таких поездок в том, что обычно при угрозе с воздуха все спрыгивают на землю и занимают укрытия у машины. Но с ранеными такое невозможно — только отстреливаться из кузова, защищая своих пассажиров.

Вернувшийся стрелок, которого Сергей представляет, как принято у медиков, по имени и отчеству «Александр Константинович», забирается в кузов со своим ружьем и показывает, как действуют во время поездки. Арамис же, с заметной любовью к машинам и скорости, перечисляет всё то, на чем довелось ездить — от девятой модели «Лады» на «гражданке» до арктического вездехода. На этом и прощаемся — им пора возвращаться с машиной обратно.

На эвакуационном пункте тем временем закончили работу с ранеными и готовятся уже к совершению рейса в госпиталь. Один из медиков надевает тактический пояс и раскладывает магазины, поправляет маску и протирает защитные очки на шлеме, включает коллиматорный прицел на тюнингованном автомате: теперь даже медицинские УАЗы на этом этапе эвакуации не ездят без стрелка-санитара в люке.